Деятельность Тобольской окружной библиотеки в 1923-1930 гг | Библиосфера. 2018. № 3. DOI: 10.20913/1815-3186-2018-3-44-49

Деятельность Тобольской окружной библиотеки в 1923-1930 гг

Впервые рассматривается исторический опыт становления и развития Тобольской окружной библиотеки в 1923-1930 гг. Характеризуются формы и методы библиотечной практики, специфика работы с библиотеками округа, особенности кадровой политики. Несмотря на негативные факторы: сложные природно-географические условия и социально-политические процессы, значительную отдаленность от административных центров и мест поселения округа, невысокий уровень социально-экономического развития региона, отсутствие книжных издательств и другие, - задачи, поставленные перед окружной библиотекой, были выполнены.

Tobolsk District Library activity in 1923-1930.pdf В 1920-1930-е гг. произошли кардинальные перемены не только в деятельности самих библиотек, но и в роли, которую они играли в обществе. История окружных библиотек недостаточно полно освещена в отечественной историографии. Чтобы понять специфику развития библиотечного дела в указанный период, мы изучили локальные процессы отдельного региона. Были выявлены и введены в научный оборот документы фондов архивов: ГБУТО «Государственный архив в г. Тобольске» и ГБУТО «Государственный архив социально-политической истории Тюменской области», - раскрывающие направления работы окружной библиотеки, оценку ее деятельности государственными, партийными и общественными учреждениями. Состав документов определил комплекс методов их анализа. Временные рамки исследования: 1923-1930 гг. В этот период на территории Северо-Западной Сибири был образован Тобольский округ Уральской области общей площадью более 1,3 млн кв. км. Расположенный в природно-климатических зонах тайги, тундры и арктической пустыни, он представлял самую отдаленную, труднодоступную, малообжитую часть Западной Сибири. К началу ХХ в. в Тобольской губернии сложилась сеть библиотек как составная часть внешкольных учреждений, основными задачами которых были организация досуга, просвещение народных масс: распространение грамотности, воспитание интереса к книге, расширение кругозора, формирование личности читателя. Немаловажным фактором являлось идеологическое воздействие через книгу и те формы работы, которые сложились в учреждениях. В 1914 г. в губернии действовали 172 народные библиотеки и 66 читален. Они финансировались различными ведомствами: министерствами народного просвещения и внутренних дел, городскими управлениями, попечительством о народной трезвости, кооперативами, сельскими обществами и др. Общее количество названий книг и брошюр определялось более чем в 110 тыс. единиц, то есть на каждую библиотеку в среднем приходилось по 622 экземпляра. Кроме того, в губернии при училищах и в специальных помещениях проводились народные чтения, в 1914 г. они велись в 299 пунктах. В Тобольске и уезде было организовано 17 таких пунктов [2, с. 174-176]. При духовных училищах, церковно-приходских школах, церквах имелись также библиотеки, об их количестве на этот период сведения отсутствуют. После гражданской войны в библиотечном деле произошли кардинальные изменения. Политические установки большевиков были направлены на огосударствление, перепрофилирование внешкольных учреждений в политико-просветительные. Общероссийские процессы нашли отражение и в исследуемом регионе: проводились конфискация частных и национализация общественных библиотек, слияние нескольких библиотек в одну и создание новых учреждений. Однако эти процессы проходили медленными темпами, что было связано с военными действиями и эвакуацией населения и учреждений в 1918-1919 гг., крестьянским восстанием 1921 г., нестабильной политической обстановкой, отсутствием финансирования. Материальная база и книжные фонды дореволюционных библиотек послужили основой для создания учреждений нового образца. В декабре 1920 г. в Тюменской губернии был создан губернский политико-просветительный совет (губполитпросвет), в ведение которого вошло 216 библиотек, 480 читален, 156 народных домов, 150 клубов для подростков, основная масса которых находилась в бывшем губернском центре Тобольске, уездных городах и крупных сельских населенных пунктах юга губернии [3, с. 121]. С 1920 по 1930 г. библиотека Тобольска, ведущая свою историю с 1891 г., неоднократно меняла статус, выполняя обязанности городской, центральной, районной, окружной. Открытие в Тобольске городской библиотеки приходится на 1920 г., когда события гражданской войны в регионе еще не достигли своего апогея. 1 февраля начал работу читальный зал, 4 апреля - детский отдел, а 15 мая состоялось официальное открытие городской библиотеки[9]. Как отмечалось в документах гороно, посещаемость и библиотеки, и читального зала была очень низкая, главной причиной называли «не очень удобное время вечером». Но продлить работу в вечернее время было невозможно из-за отсутствия электрического освещения, которое появилось только в 1927 г.[10] К 1 ноября 1920 г. в Тобольске находилось 20 учреждений внешкольного образования, в том числе 7 библиотек. На 1 октября 1921 г. в городе состояло на учете 22 библиотеки. Губполитпросвет с удовлетворением отмечал позитивные сдвиги как в культурно-просветительной, так и политико-просветительной работе, рост посещаемости [1, с. 134, 137]. В начале 1920-х гг. библиотеки лишились государственного финансирования, что привело к сокращению их числа. Если на 1 января 1921 г. в Тюменской губернии функционировало 344 библиотеки и 630 читален, то спустя два года, в декабре 1922 г., их число резко уменьшилось - осталось 29 действующих библиотек, 42 народных дома, в сельской местности - 134 избы-читальни [3, с. 121]. Не последнюю роль в этом сыграло крестьянское восстание 1921 г. и его последствия. В связи с сокращением штатов в городской библиотеке имелась ставка заведующего и две ставки библиотекаря, в детском отделе, как и в районных, - по одной ставке библиотекаря[11]. Первые пять лет библиотека практически ежегодно меняла свой адрес. Постоянные переезды, несомненно, негативно влияли на сохранность фондов и работу учреждения. С этим связано и то, что на протяжении десяти лет не было возможности провести учет книжного фонда. В 1922 г. Тобольская городская библиотека получила статус центральной. Было разработано типовое положение о центральных библиотеках, перед которыми ставились задачи «ведения непосредственной работы в определенном масштабе», «распределения получаемых книг», «руководства работой всех районных библиотек» и др.[12] В 1923 г. была образована Уральская область, город Тобольск стал окружным центром. На городскую (центральную) библиотеку, переименованную в окружную, было возложено объединение библиотек, координация их деятельности, оказание помощи в организации работы, обеспечении книгами, методическими материалами. Учитывая тот факт, что библиотека вынуждена была одновременно выполнять функции и городской, и районной, и окружной, а также специфику Тобольского округа, изначально было ясно, что поставленные задачи окажутся трудновыполнимыми. В 1923 г. на базе окружной библиотеки было создано библиотечное объединение, в состав которого вошли представители окроно и окрполитпросвета, заведующие библиотеками города и районов. Решения этого органа принимались к исполнению только после утверждения их окружными органами власти, что не только замедляло работу, но и сводило на нет многие начинания профессионалов. Первыми в библиотечное объединение вошли городские библиотеки. Рекомендуемый сверху процесс объединения их фондов для улучшения обслуживания читателей не состоялся. Каждая из библиотек имела свой статус и специфику работы. Самыми крупными были окружная с фондом 28 150 экз., рабочая - 6550 экз., педагогического техникума - 2371 экз.[13] и библиотека Музея Тобольского Севера. Тобольский губернский музей оставил в наследство Музею Тобольского Севера научную библиотеку в 70 тыс. единиц хранения - книг, брошюр, газет, журналов, карт, рукописей[14]. Несмотря на циркуляры, она сохранила свой статус научной библиотеки, ограниченный доступ читателям, что способствовало сохранению уникального книжного фонда. При педагогическом техникуме имелась специализированная библиотека, находившаяся в ведении профсоюза работников просвещения. С 1920 г. работала читальня при кабинете тобольсковедения [6, с. 62-65]. В изоляторе специального назначения (тюрьме) работали две библиотеки: для надзирателей и для заключенных[15]. Во второй половине 1920-х гг. активизировалась работа с профсоюзными библиотеками. На март 1927 г. при предприятиях и учреждениях города числилось 26 красных уголков с библиотечками, в округе - 14, в том числе в с. Обдорске - два, при райкоме и лесничестве, по одному - при почтово-телеграфных отделениях северных поселений: Самарова, Сургута, Кондинска, Березова, Обдорска, Мужей[16]. В 1930 г. в городе имелось 24 профсоюзные библиотеки[17]. Снабжение книгами шло централизованно, через предприятия и окрполитпросвет, по заказам из книжных издательств и типографий, через дарителей, а методическая помощь им оказывалась по мере обращения в окружную библиотеку. Крупные предприятия и учреждения могли иметь и библиотеку, и красный уголок. Кроме того, некоторые из них создавали свои передвижные фонды. Так, в 1928 г. при окружном отделе санитарно-просветительной работы имелись и библиотека, и красный уголок. Репертуар таких библиотек отличался профессиональной направленностью: в библиотеке была 881 книга по медицине, сюда же были переданы книги из окружной больницы в количестве 812 экз. В красном уголке имелось 296 книг. Из этого количества формировалась библиотечка-передвижка для медицинских учреждений округа[18]. На 1930 г. свои передвижки имела библиотека союза строителей (около 1000 книг) для обслуживания рабочих в Обдорске, Самарове и других населенных пунктах; передвижка государственного пароходства обслуживала библиотечки на всех судах[19]. Районные библиотеки были в стадии становления, им оказывалась посильная помощь в открытии и формировании книжного фонда. Некоторые из них, к примеру, Уватская районная, начали работу только в 1927 г.[20] Незначительное количество библиотек и изб-читален имелось в южных районах Тобольского округа: Чернаковская (фонд составлял 1744 экз.), Загваздинская (1402 экз.), Карачинская (650 экз.), Демьянская (458 экз.), Кугаевская (422 экз.), Абалакская (226 экз.) и другие, открытые в 1920-1922 гг.[21] Спецификой Тобольского округа была его полиэтничность. Если для просвещения северного коренного населения в этот период решались задачи создания алфавита, ликвидации неграмотности, то татарское население, проживавшее в южных районах округа, в исследуемый период отличалось высоким уровнем грамотности на родном языке и развитой книжной культурой. В 1924 г. в Тобольске открылась библиотека для татарского населения, на тот момент ее фонд составлял 525 экземпляров. При татарском педагогическом техникуме также имелась библиотека. Национальная литература была востребована в сельских школьных библиотеках и избах-читальнях[22]. 1 мая 1930 г. в Тобольске состоялось торжественное открытие библиотеки-читальни в бывшей мечети[23]. Первоочередными задачами библиотечного объединения были мероприятия организационного характера: утверждение формы отчетов, перевод учета книг на универсальную десятичную классификацию, знакомство с правилами составления рекомендательных списков, разработка анкет читателей. Много времени было потрачено на выявление наличия библиотек в сельской местности, о северных и речи не могло быть: и транспортная, и телефонная связь практически отсутствовала. Правительственные циркуляры шли долго, доходили с большим опозданием. 1 июля 1924 г. открылся Первый библиотечный съезд РСФСР, 17 июля того же года - съезд библиотечных работников СССР. Обсуждаемые вопросы основ теории и практики библиотечного строительства были востребованы на местах, но в связи с тем, что материалы съездов не были опубликованы в общедоступных изданиях, знакомство тобольских библиотекарей с ними состоялось спустя три года. 8 мая 1927 г. на заседании окружного библиотечного объединения были озвучены основные направления деятельности библиотек[24]. На съездах обсуждались острые проблемы, которые были актуальны для тобольских библиотекарей и через три года: низкая заработная плата, неудовлетворительные условия работы, отсутствие системы подготовки и переподготовки библиотекарей, необходимость расширения материально-технической базы, сохранения книжного фонда, негативные последствия частых переездов из одного здания в другое[25]. Формирование книжных фондов проходило с большим трудом. Сказывалось, с одной стороны, недостаточное снабжение литературой, с другой - большие потери из-за ветхости книг, поступления новых изданий плохого качества, утраты через передвижки, книгоношество, а также вследствие цензурной чистки книжных фондов. В 1921 г. была проведена первая чистка фондов от литературы, ветхой, устаревшей, религиозного и «контрреволюционного содержания»[26]. С 1924 г. окружной библиотеке высылались списки литературы, подлежащей изъятию, составленные окружным управлением по охране государственных тайн в печати (окрлитом)[27]. В 1928 г. из фондов окружной библиотеки была «изъята устаревшая литература» по праву, русскому языку, литературе, истории, богословию, кооперации, логике, психологии, философии - всего 81 книга[28]. В 1929 г. вновь была проведена чистка фондов[29]. В 1930 г. признали, что «основное книжное ядро» окружной библиотеки было сформировано до революции, крупное пополнение новыми книгами в количестве 2500 экземпляров состоялось в 1928-1929 гг. благодаря главполитпросвету. Ветхость книжного фонда составляла 60%[30]. Библиотеками округа изучался спрос читателей как городских, так и сельских библиотек. В отчете детской библиотеки за 1926 г. отмечалось, что излюбленными книгами юных читателей были сказка в стихах «Черничный дедка», сказки братьев Гримм, Г. Х. Андерсена, рассказы Ж. Верна, Д. Лондона, Э. Синклера, Ч. Диккенса, И. Тургенева, А. Чехова и что библиотека нуждается в книгах приключенческих и о путешествиях, а также классике[31]. В конце 1920-х гг. детской библиотекой проводились исследования «о влиянии среды на книжные запросы ребенка», вводились бланки читательского спроса, состоящие из 8 пунктов. Проведенные опросы показали, что по-прежнему сохранялся высокий спрос на беллетристику, особенно на произведения классиков, отечественных и зарубежных[32]. В феврале 1927 г. из Чернаковской библиотеки был отправлен запрос следующего содержания: «Желательно получить книги, в которых чувствуется недостаток, - именно, если можно, то пошлите беллетристики (революционной романтики и классиков). Также ощущается большой недостаток в художественно-научной литературе о происхождении человека, о происхождении вообще жизни на Земле, о происхождении Вселенной и по другим естественнонаучным вопросам»[33]. Заместитель начальника по учебно-воспитательной части Тобольского изолятора специального назначения констатировал, что тюремная библиотека не удовлетворяет запросов заключенных, имеется «острая необходимость в беллетристике»[34]. Окружная библиотека стала методическим центром. Ее деятельность должна была служить примером для других библиотек. Здесь раньше, чем в других были созданы кружки: исторический, естественно-научный, проводились чтения книг и периодической печати, лекции о достижениях науки и техники. В целом в 1920-е гг. в работе библиотек прослеживается отсутствие плановости, мероприятия приурочивались к революционным праздникам, юбилеям как акции, сообразные по содержанию политическим установкам и духу времени. С 1926 г. работа библиотек проводилась под лозунгом «Лицом к избачу». Для изб-читален разрабатывались и перерабатывались методические указания об организации фондов и каталогов, системе десятичной классификации, ведении библиотечной статистики, рассылались образцы создания систематического каталога, ведения дневника библиотеки и формуляров читателей[35]. Труднодоступность сельских «очагов культуры» способствовала развитию таких форм работы, как рассылка рекомендательных списков, «товарищеских писем», разного рода инструкций. Подготовка рекомендательных списков решала две задачи: знакомства с новинками литературы, поступившими в фонды, и помощи коллегам в заказе нужной литературы для передвижек. Так, осенью 1927 г., в период подготовки празднования 10-й годовщины Октябрьской революции, сотрудниками были подготовлены первые «дружеские письма». В них были помещены рекомендательные списки, советы по оформлению книжных выставок, подбору текстов биографий и портретов «умерших борцов революции»; кроме того, предлагалось написать историю библиотеки и поместить ее в стенгазету, а также украсить здание и помещение портретами, флагами и лозунгами, тексты лозунгов прилагались[36]. В дальнейшем «дружеские письма» имели меньший объем и были посвящены одной или двум проблемам. С середины 1920-х гг. началась работа по антирелигиозной пропаганде. Первоначально она имела характер акций. Так, если в декабре 1926 г. антирождественские мероприятия были сведены к организации книжной выставки[37], то в начале 1930-х гг. планировались комплексы мероприятий, включая читки, беседы, лекции, викторины, выставки, стенгазеты, смотры антирелигиозных уголков, спектакли. В 1930 г. антипасхальные мероприятия проводились под лозунгом «Церковь против коллективизации»[38]. Внимание городских и сельских активистов обращалось на работу не только с православными верующими, но и с сектантами (евангелистами, адвентистами, баптистами). В красных уголках и избах-читальнях рекомендовалось создавать антирелигиозные уголки. Недостаток литературы и наглядной агитации оказывал гнетущее впечатление на посетителей, как отмечалось в акте обследования окрполитпросветом, они напоминали «разрушенный иконостас»[39]. В конце 1920-х гг. получили распространение библиотеки-передвижки, которые стали одной из форм работы, где книга шла к читателю. В 1928 г. на территории города и районов работало 44 передвижки с книжным фондом в 8154 экземпляра[40]. Для сельских библиотекарей, избачей, книгонош посещение библиотечного объединения было затруднено, поэтому проводились окружные конференции и съезды. Первый Тобольский окружной съезд по народному образованию состоялся 20-25 июня 1928 г.[41] 26 марта 1929 г. президиум городского совета принял постановление об изменении правил пользования библиотекой и введении платных услуг. Так, бесплатно обслуживались учащиеся, безработные и лица, получавшие зарплату менее 30 руб.; 15 коп. в месяц вносили те, у кого заработная плата составляла от 30 до 50 руб., 25 коп. - при зарплате от 50 до 75 руб., 30 коп. - свыше 75 руб.[42] Это решение привело не только к сокращению числа читателей: нарушился классовый подход в формировании контингента читателей. Сложилось противоречие, о котором неоднократно писалось в партийных и советских документах: в отличие от безработного, рабочий вынужден был платить за пользование библиотекой и за себя, и за членов семьи. На протяжении всего периода оставалась нерешенной проблема подготовки библиотечных кадров. Столичными и областными организациями проводились различные мероприятия, направленные на повышение квалификации библиотекарей, но из-за отсутствия финансирования тобольские библиотекари не могли их посещать. В помощь городским и сельским библиотекам были разработаны различные формы распространения профессионального опыта. Для подготовки библиотечных кадров с 1924 г. при окружной библиотеке работал библиотечный кружок, куда были приглашены учащиеся школы II ступени и педагогического техникума[43]. Под влиянием нарастающей политизации вместо изучения основ библиотечного дела читались лекции по политграмоте. Анализ документов позволяет утверждать, что если в 1923-1924 гг. на первом месте стояла задача повышения квалификации через ознакомление с библиотечной «техникой» (то есть технологиями - авт.), то с 1925 г. на первое место были поставлены занятия по политграмоте[44]. В 1925 г. все 13 занятий были посвящены «развитию промышленности и капитализма в России с [18]60-х гг. по настоящее время»[45]. Слушатели кружка работали в окружной библиотеке бесплатно, но решить вопрос о выдаче им удостоверений, подтверждающих прохождение курсов, не удалось. Для сельских библиотек в 1924 г. на базе окружной библиотеки были организованы первые библиотечные курсы[46]. В 1926 г. состоялись окружные курсы избачей. Используя московский опыт организации экскурсий для провинциальных библиотекарей, в феврале 1927 г. окружная библиотека организовала экскурсию для избачей и библиотечного кружка[47]. В 1930 г. проходил областной практикум по книгоношеству и общим вопросам библиотечного дела[48]. Проблемы профессиональной подготовки более высокого уровня были решены только в 1930-е гг. Образ нового библиотекаря - компетентного, политически грамотного, обладающего ораторскими и артистическими способностями, не всегда находил отражение в реальности. В лучшем случае городской библиотекарь имел среднее образование или педагогическое. В период первых политических чисток предприятий, учреждений и организаций было выявлено, что оба библиотекаря окружной библиотеки относились к категории «политически неблагонадежных» - их родители были лишены избирательных прав. 30 октября 1929 г. ЦК ВКП (б) принял постановление «Об улучшении библиотечной работы», в котором давалась негативная оценка состоянию библиотечного дела. На партийные, профсоюзные организации, отделы народного образования возлагались задачи «решительно перестроить библиотечную работу в соответствии с возрастающим ее политическим значением, превратить библиотеки в культурные центры, активно содействующие мобилизации масс на выполнение пятилетнего плана социалистического строительства». Расширение сети библиотек (стационарных и передвижных), улучшение их материального положения, социальная дифференциация читателей, чтобы «в первую очередь охватить необслуженных библиотечной сетью рабочих, колхозников и батрацко-бедняцкие массы деревни», расширение сети детских отделений при библиотеках, систематическое пополнение фондов производственно-технической литературой, по агротехнике, коллективизации, сельскохозяйственной промышленности, чистка библиотек «от идеологически вредной, устаревшей и не подходящей к данному типу библиотеки литературы», организация обмена книгами между библиотеками, развитие массовых форм библиотечной работы - эти и другие задачи стали актуальными на ближайшее десятилетие. Особое внимание придавалось политической благонадежности библиотечных работников, их профессиональным качествам, в связи с этим предполагалось организовать подготовку и переподготовку кадров, опять же с позиций классового подхода [4, с. 234]. Нетрудно предугадать, что работа окружной библиотеки также была признана неудовлетворительной. По итогам проверки окроно в августе 1930 г. были сделаны следующие выводы: «Библиотека в современном ее состоянии не является книжной базой по продвижению массовой книги как коммунистического просвещения, повышения культурного уровня социально-ценных слоев населения. Содействие ее партии и советской власти в социалистическом строительстве города крайне недостаточно, деревни - отсутствуют. Окружным учреждением не является». Низкими были признаны и количественные показатели: рост подписчиков не наблюдался (всего 2500 подписчиков на 30-тысячное население, это 20% от грамотного населения и 12% от всего населения города), классовый подход не прослеживался (подписчиков-рабочих всего 285 чел., или 11,2%, из них постоянных читателей четверо)41. В конце 1930 г. Тобольский округ был упразднен. Окружная библиотека стала районной. Новые формы работы, как справедливо отмечает Л. П. Малахова, сделали библиотеку похожей на клубное заведение [5, с. 76]. Стирание грани между библиотеками и политико-просветительными учреждениями продолжалось в последующие десятилетия. Семилетний опыт работы окружной библиотеки показал, что сотрудники библиотеки в силу своих возможностей выполнили свои функции и основа для дальнейшего развития библиотечного дела в этом регионе была заложена.

Ключевые слова

внешкольные учреждения, окружная библиотека, библиотека-передвижка, книгоношество, избы-читальни, Тобольск, out-of-school institutions, district library, mobile library («peredvizhka»), colporteur («knigonoshestvo»), hut-reading room («izba-chital’nya»), Tobolsk

Авторы

ФИООрганизацияДополнительноE-mail
Загороднюк Надежда ИвановнаТобольская комплексная научная станция УрО РАНкандидат исторических наук, старший научный сотрудник Тобольской комплексной научной станции УрО РАНniz1957@yandex.ru
Мурашова Нина АлексеевнаТобольская комплексная научная станция УрО РАНкандидат исторических наук, научный сотрудник Тобольской комплексной научной станции УрО РАН
Всего: 2

Ссылки

лет Тобольску. Свердловск : Средне-Урал. кн. изд-во, 1987. 255 с.
Алекторов А. Внешкольное образование в Западно-Сибирском учебном округе // Журнал Министерства народного просвещения. 1917. Ч. 67. С. 168-183.
Антуфьева Н. Л. К истории библиотечного дела Тюменской области в 20-е годы ХХ века // Интеграция образовательных научных ресурсов в контексте развития высшего образования в Тюмени : материалы науч.-практ. конф. Тюмень, 2005. С. 118-128.
Директивы ВКП(б) по вопросам просвещения. Вопросы народного просвещения в основных директивах съездов, конференций, совещаний ЦК и ЦКК ВКП(б). Москва ; Ленинград : ОГИЗ, 1931. 496 с.
Малахова Л. П. Массовые библиотеки Западной Сибири в 1920-1930-е гг.: на службе у государства // Вестник Томского государственного университета. 2008. № 310. С. 74-78.
Тюменская школа в XX веке. Тюмень : Вектор Бук, 2002. 303 с.
 Деятельность Тобольской окружной библиотеки в 1923-1930 гг | Библиосфера. 2018. № 3. DOI: 10.20913/1815-3186-2018-3-44-49

Деятельность Тобольской окружной библиотеки в 1923-1930 гг | Библиосфера. 2018. № 3. DOI: 10.20913/1815-3186-2018-3-44-49